Сейчас стоит проблема разоружения, в частности, разборки ядерных зарядов. Это, наверное, менее сложная задача, чем создание тех же зарядов?
С технической точки зрения сложностей нет. Нужны только одинаковые условия по ответственности, отношению к делу и т.д. В этом случае разборка несравнимо проще, чем создание. Тут грубо говоря, нужны опыт, ответственность и понимание задачи. Специалистов, способных так работать, более чем достаточно у нас. Они еще, к счастью, не разбежались по разным кооперативам, ассоциациям. С моральной точки зрения разборка оружия все-таки сложнее. Ведь эти операции будет проводить тот же человек, который десятилетиями собирал оружие. И он всю жизнь знал, что его труд нужен для Родины, а теперь вроде и не нужен... В определенной степени это крушение человеческих надежд.
На протяжении десятилетий вы были на острие ядерного вооружения, а теперь начался обратный процесс. Возможно ли ядерное разоружение без вас?
Вы прекрасно понимаете, что я отвечу — невозможно! Любой даже не очень технически грамотный, но честный человек это прекрасно понимает. Любое дело, тем более опасное и ответственное, должен делать тот, кто в нем разбирается. Ведь благих пожеланий недостаточно. Я могу очень хотеть сделать хорошо, но если у меня нет опыта, традиций, понимания опасности, буду бессилен. Не может быть сомнений, обязательно весь процесс разоружения должен обеспечиваться профессионалами. Слава богу, непрофессионалов у нас достаточно — в управлении, в политике, в комиссиях разных и комитетах. Но там последствия менее губительны, по крайней мере, они не сразу проявляются. У нас последствия некомпетентности и непрофессионализма видны сразу...
Я со многими встречался в Арзамасе-16, и у меня сложилось странное впечатление: вы занимаетесь сейчас не своими основными проблемами, а множеством иных, не имеющих к вам никакого отношения... Впечатление, может быть, ошибочное, но оно есть. И не сказать о нем не могу. Да и вы "затюканы" — сужу по телефонным звонкам и посетителям в приемной и по вашему помощнику, который постоянно смотрит на часы, упрекая меня в затянувшейся нашей беседе...
Я полтора месяца не плачу людям зарплату. Спать невозможно! Люди работают — мало того, что им мало платят, но и эти деньги не выдают. Еду из Москвы, смотрю на проводницу — она получает три тысячи рублей, а Главный конструктор — их всего четыре в стране! — две тысячи сто... Я ничего не хочу плохого сказать о проводнице, она нужна, без нее нельзя попить чая в дороге, но я не могу быть спокойным, потому что у меня Главные конструкторы меньше ее получают... Повторяю, их всего четыре на всю страну! И две тысячи сто... и разработчиков оружия — всего сотня. Встречаешься с руководством, объясняешь, как будто понимают, даже возмущаются и все обещают. А денег по-прежнему нет. Мы все время в роли просящих и оправдывающихся. Честно говоря, уже поднадоело.